ИГРЫ

Каким мог бы быть советский интернет?


Электронные рубли, персональный планшет «Электроника», «Совавтодор пробки» — СССР 2.0, который мы так и не увидели

Для людей начала XXI века интернет — такая же привычная часть жизни, как телефон или кухонная плита. Но всего лишь десять лет назад многих сетевых сервисов, к которым мы привыкли сегодня, еще не было. Два же десятилетия назад интернет и вовсе было не узнать — медленное и неудобное развлечение для тогдашних гиков, в котором обычный чат был верхом технического прогресса.

Но интересно, что специалистам многие технологии, которые мы сегодня считаем прорывными, были понятны еще в 60-70 годы прошлого века — именно тогда велись первые разговоры про электронные платежи, навигационные системы с указанием пробок и даже прототипы современных планшетов. Причем не только в США, но и в СССР. Наша страна, где, как известно, кибернетики не было, в какой-то момент могла стать первой, создавшей глобальную сеть. Сегодня мы расскажем о проекте «советского интернета» ОГАС, и о том, почему он так и не запустился.

«Служанка коммунизма»

Судьба советской кибернетики была извилистой. Институт точной механики и вычислительной техники был создан еще в 1948 году. Но статус новой науки долго оставался спорным — кибернетику долго называли «буржуазной лженаукой», а ЭВМ отводили в лучшем случае роль огромных калькуляторов.

Постепенно отношение все-таки менялось. Советская экономика была плановой, всем хозяйством и вообще жизнью страны управляли из единого центра. Причем как раз в пятидесятые годы СССР переживал непростые времена: хозяйство усложнялось, и советская бюрократия с трудом справлялась с решением текущих задач. В стране насчитывалось около 200 тысяч предприятий, обрабатывать вручную поток информации становилось все сложнее, а управленческие органы становились все более громоздкими.

Каким мог бы быть советский интернет?

ЭВМ «Стрела» — примерно так выглядели компьютеры, когда в СССР задумались о собственном интернете

Тогда же возникло и понимание, что вычислительные системы — это нечто большее, чем просто очень мощные калькуляторы. В 1958 году академик Анатолий Китов в работе «Электронные вычислительные машины» нарисовал картину будущего, от которой захватывало дух. Основная идея Китова была в том, что компьютеры годятся не только для вычислений, но и скоро будут достаточно «умны», чтобы автоматизировать управление индустрией и экономикой вообще. Так что в начале шестидесятых политика переменилась: кибернетику стали рассматривать как техническую основу для будущего построения коммунизма. Тогда же зародился проект, по уровню амбиций не уступавший космической программе — создание единой всесоюзной вычислительной сети. По мысли авторов проекта, построенные в областях вычислительные центры соединялись в единую автоматизированную систему управления (АСУ), которая бы анализировала результаты и централизованно помогала управлять народным хозяйством.

Кстати, планы СССР создать АСУ для своей экономики вызвали нешуточную панику в США. Теперь уже американцы считали, что кибернетике уделялось недостаточно внимания, и противник по Холодной войне может вырваться вперед в технологической гонке. В статьях того времени некоторых эксперты предсказывали настоящий «красный киберпанк» с самообучающимися компьютерными системами, управляющими всей страной. Возможности автоматизированных систем сильно переоценили, но на тот момент американские специалисты были просто заворожены перспективами, открывшимися перед ними.

В СССР же идеи кибернетиков были восприняты двойственно. С одной стороны, всеобщая автоматизация действительно сулила заманчивые возможности. С другой, СССР был государством бюрократическим, и функционеры совершенно не обрадовались перспективе сокращения целых отделов, работу которых заменит компьютер. Отдать машине рутинные вычисления? Прекрасно! Позволить ЭВМ принимать решения? Ни в коем случае!

Каким мог бы быть советский интернет?

В СССР разработка ЭВМ была сосредоточена в Киеве, где функционировал сильнейший Институт кибернетики

Однако Китов не унимался. Академик выступал с революционными планами повсюду, где только мог, и дошел лично до Хрущева. Генсек смотрел на его выкладки благосклонно: его-то как раз устраивал более компактный и послушный бюрократический аппарат. К тому же, планы «кибернетизации всей страны» нашли поддержку в Академии наук. В те времена ко мнению ученых прислушивались, так что предложения кибернетиков начали рассматривать со всей серьезностью: Хрущев понимал общество будущего как механизм, работающий по единому плану.

Конкретные разработки вел академик Виктор Глушков, руководитель киевского Института кибернетики, вдохновленный работами Китова. От руководства страны он получил право входить буквально в любой кабинет, включая министерский, и получать там информацию о работе этого предприятия или ведомствах. Глушков с огромным энтузиазмом взялся за работу, и за год объездил более сотни объектов, от Генплана до заводов и совхозов, изучая рабочий процесс и придумывая, как увязать работу множества предприятий в единое целое.

Civilization для Хрущева

План был грандиозный: сеть по учету и обработке информации должна была состоять из двадцати тысяч отдельных вычислительных центров на местах, которые бы собирали данные, вели их первичную обработку, и по широкополосным каналам связи передавали материалы в один из примерно 100-200 вычислительных узлов более высокого уровня. Из них самая важная информация должна была направляться в Главный вычислительный центр в Москве, который, в свою очередь, предоставлял выводы правительству. Конечно, система работала и в обратную сторону: власти бы давали общие указания, куда развивать экономику, а вычислительные центры сети разрабатывали детальный план — что, в каких объемах и к какому сроку сделать.

Каким мог бы быть советский интернет?

Виктор Глушков — отец так и не родившегося советского интернета

Фактически, Хрущев получил бы «собственную Civilization» — гигантскую систему, позволявшую быстро управлять страной, а также избежать кучи проблем, с которыми тогда уже сталкивался Госплан. Разработка Глушкова должна была правильно рассчитывать потребность страны в тех или иных товарах, объемы производства, ресурсы, которые потребуются, денежные выплаты. Глушков даже дошел до идеи электронных платежей, планируя вообще отказаться от бумажных денег — невероятная для того времени идея. Но вполне актуальная: в электронной системе можно было бы отследить движение каждого рубля, на корню уничтожив теневую экономику, с которой в СССР боролись даже сильнее, чем сегодня. Да и в официальной экономике было что исправить — в рамках огромной страны в статистику постоянно вкрадывались ошибки, а порой и умышленное искажение данных, когда какое-нибудь предприятие приписывало себе показатели, лишь бы выполнить план.

Теоретически АСУ давала громадные выгоды, но и вложения предполагались грандиозные. И дело даже не в том, что персонал вычислительных центров составил бы в общей сложности триста тысяч человек — разработчики планировали, что их центры минимум на миллион сократят численность чиновников, занимавшихся бумажной работой. Куда сложнее выглядела задача технического обеспечения вычислительных центров — в годы, когда Глушков разрабатывал свою систему, выпуск ЭВМ во всем СССР насчитывал десятки, максимум сотни, в год. Причем это были машины для научных расчетов, а экономистам требовались ЭВМ совсем другой архитектуры. Мало было программистов и просто людей с опытом работы на компьютерах — а значит, все это надо было бы строить с нуля. Да еще и в условиях конкуренции: спрос на ЭВМ со стороны ученых и военных в те годы также был огромен. Поэтому неудивительно, что советский Госплан использовал счетные машины аж 1939 года выпуска, а когда на одном из заседаний Академии наук председателю Центрального статистического управления заметили, что его ведомство не пользуется ЭВМ, и тот обиженно ответил, что в управлении вообще-то их целых две.

Были и другие проблемы. Как мы уже писали выше, советские партийные функционеры смотрели на выкладки Глушкова без малейшего восторга. Директоры заводов и председатели совхозов были не в восторге от идеи слушать рекомендации электронного разума, а также получать от него выволочки. Терять нити управления над своими ведомствами тоже никто не хотел. Электронная система грозила не просто изменить отношения между властями страны и гражданами, а сломать всю иерархию советского государства. Сопротивления бюрократов технократы просто не учитывали.

Пока Глушков готовил документацию своей суперсистемы будущего, его покровитель Никита Хрущев пал жертвой события, которое никакой компьютер предсказать не в силах — заговора в верхушке КПСС. Генсек отправился на пенсию, а Глушкову поставили более узкую и, надо сказать, реалистичную задачу: разрабатывать автоматизированные системы управления для отдельных ведомств. Тема создания единой сети заглохла на несколько лет, пока в СССР не просочились сведения о появлении в США ARPANET — сети, созданной под эгидой американского Министерства обороны. Глушков вновь воспрял, и предложил уже Брежневу все же создать общую сеть для управления Советским Союзом. Проект получил название ОГАС — «Общегосударственная автоматизированная система». От идеи «электронного министра» пока отказались, решив, что на первом этапе ОГАС должна просто стать системой электронного документооборота, связывающей тысячи объектов по стране. Предусматривалась даже возможность удаленного доступа к ОГАС из любого конца СССР. Разумеется, после проверки полномочий — можно сказать, идея интернета по талонам возникла раньше, чем сам интернет.

Каким мог бы быть советский интернет?

Интересно, что первое подобие глобальной сети в СССР в итоге создали военные, оборудовав компьютеризированными каналами связи систему предупреждения о ракетном нападении

Увы, но в верхах к тому времени уже потеряли драйв. В конце шестидесятых — семидесятые годы проект ОГАС обсуждался на разных уровнях, его отдавали на доработку в разные ведомства, упрощали, усложняли и так далее. Росли и технические проблемы: хоть СССР и увеличивал производство ЭВМ, никто не задумался о совместимости машин разных семейств — несовместимыми оказались и первые построенные АСУ. В итоге прототип советского интернета попробовали запустить лишь в восьмидесятые годы, объединив в сеть несколько вычислительных центров. Как и полагается, ничего не заработало: скорость передачи информации измерялась байтами, связь рвалась, ЭВМ зависали. Момент был упущен — американская ARPANET, первое сообщение в которой передали в 1969 году, тогда уже работала стабильно.

Ненужный пророк

Глушков умер в 1982 году, а его последователи были уже не настолько яркими и пробивными. Сам же он был уникальным человеком, во многом предсказавшим будущее. Вчитайтесь хотя бы в этот отрывок из его воспоминаний:

«При наличии в городе центра автоматического управления уличным движением, способного передавать по радио информацию о текущей дорожно-транспортной ситуации, закрытых проездах, автомобильных пробках, окажется полезной бортовая микро-ЭВМ-штурман. Вводя в неё задание на поездку, координаты начального и конечного пунктов, мож¬но будет в считанные секунды получить от ЭВМ оптимальный маршрут движения, с учетом текущей ситуации».

Каким мог бы быть советский интернет?

С начала 70-х в СССР начали отказываться от ЭВМ собственной разработки, заменив их на компьютеры Единой серии, скопированные с американских IBM

Ничего не узнаете? Примерно в те годы, когда в СССР еще только проектировали спутниковую систему навигации (потом она будет известна под названием ГЛОНАСС), Глушков думал о персональных навигаторах, да еще и с аналогом «Яндекс-пробок». Электронная почта, электронные деньги, цифровой документооборот, планшетные компьютеры — все эти современные технологии были предсказаны Глушковым в 60-70 годы прошлого века.

Сбылось и самое страшное предсказание советских кибернетиков. Еще в начале 60-х, работая над самым первым прототипом ОГАС, Глушков с командой пришли к ужасающим выводам — к концу 70-х годов советская экономика войдет в кризис управления, столкнувшись с невероятными трудностями. Госплан с его устаревшей схемой управления хозяйством уже тогда переставал справляться со своими задачами. Ведомство просто утопало в документах, запросах, статистических данных и прочей макулатуре — в некоторых случаях на обработку данных уходило по 9 месяцев! Здесь плановая экономика СССР уступала капиталистическим странам, где место единого центра принятия решений занимали многие тысячи — руководители и ведущие менеджеры бизнесов, как крупных, так и мелких. С помощью «красного интернета» Глушков хотел превратить слабое место страны в ее преимущество — но не смог.

Споры о том, кто и когда уничтожил СССР, не умолкают и по сей день — но не исключено, что это сделали еще в шестидесятые годы советские чиновники, которые тормозили идеи Глушкова и его соратников. Проект ОГАС действительно пугал: в разных версиях он стоил от 20 до 40 миллиардов рублей, а полная реализация должна была занять 15 лет — по сложности это был уровень советских атомной и космической программ вместе взятых. Но «выхлоп», по подсчетам ученых, должен был окупить все затраты — на первом этапе система могла сэкономить до 100 миллиардов рублей. И кто знает, реши чиновники рискнуть — и сегодня, возможно, мы бы жили в совсем другой стране. В эдаком СССР 2.0, оснащенным самым передовым интернетом в мире, подарившим людям планшет, электронные деньги и многие другие чудеса. Было бы это благой новостью или нет, судить не беремся — все равно история пошла другой дорогой.


СМОТРИ ТАКЖЕ